Проблемы правоприменения налоговых льгот в личных фондах при множественности учредителей
Согласно указанной норме Налогового кодекса, доходы, полученные выгодоприобретателями после смерти учредителя личного фонда, освобождаются от налогообложения. При этом доходы, полученные до смерти учредителя, могут не облагаться налогом, только если их получателями стали сам учредитель, члены его семьи или близкие родственники и у них был статус налогового резидента Российской Федерации на момент получения дохода.
На практике применение этой нормы к семейным фондам вызывает вопросы. Представим ситуацию, когда личный фонд учреждается обоими супругами, а в число выгодоприобретателей включаются как общие дети супругов, так и дети одного из супругов от предыдущего брака. Подобная структура фонда нередко используется для обеспечения равного имущественного участия всех детей в семейном капитале.
До момента смерти одного из соучредителей, как правило, не возникает значительных сложностей с определением налогового режима выплат выгодоприобретателям. Но буквальное толкование нормы не позволяет однозначно распространить статус близкого родственника одного супруга на отношения с другим соучредителем фонда. Несмотря на потенциальные сложности, на практике этот вопрос может решаться в рамках правоприменительного усмотрения.
Наиболее проблемной выглядит ситуация после смерти одного из супругов — соучредителей фонда. Например, дети от предыдущего брака умершего супруга формально не являются родственниками пережившего соучредителя.
Возможны несколько вариантов толкования действующей нормы.
Первый подход предполагает квалификацию выгодоприобретателей как лиц, получающих доход после смерти учредителя фонда. В этом случае налогового значения не имеет ни родственная связь с пережившим соучредителем, ни налоговое резидентство получателя дохода.
Второй подход основан на признании указанных лиц получателями доходов до смерти учредителя. Но в такой ситуации может возникнуть препятствие для применения налоговых льгот, поскольку родственной связи с пережившим соучредителем может не быть.
Дополнительно может рассматриваться дифференцированный подход, при котором налоговый статус выгодоприобретателя определяется отдельно по отношению к каждому из соучредителей. При таком варианте остается открытым вопрос о соотношении этой конструкции с положением нормы, допускающим возможность получения безналогового дохода любыми лицами, включая лиц, не являющихся родственниками учредителя, после его смерти.
Следует отметить, что обозначенная проблема не ограничивается ситуациями с детьми от предыдущих браков. Аналогичные вопросы возникают в отношении иных близких родственников каждого из соучредителей — родителей, братьев, сестер и других членов семьи.
В целом существующая правовая формулировка создает неопределенность в оценке налоговых последствий учреждения семейных фондов и может сдерживать развитие института личных фондов в России при совместном учреждении фонда супругами. Представляется, что законодательное уточнение соответствующих положений позволило бы повысить правовую определенность и эффективность применения этого инструмента.