Мнение
4 июля, 10:15

Как решать проблемы «временной неопределенности состава участников ООО», возникшие из-за незавершенной регистрации перехода прав

Собственник теряет право собственности на имущество, на которое обращается взыскание, с момента возникновения такого права у лица, к которому переходит изъятое имущество (п. 2 ст. 237 ГК). Казалось бы, вопросов, о том, когда прекращается право на долю в ООО у одного лица и возникает у другого, появляться не должно, тем не менее, это не так.

Изменения, вступившие в силу 15 января 2016 года, коснулись момента перехода права собственности на долю в уставном капитале общества (Федеральный закон № 391-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты РФ» от 29 декабря 2015 года). На сегодняшний день в силу п. 12 ст. 21  Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» доля или часть доли в уставном капитале общества переходит к ее приобретателю как только запись об этом вносится в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ). Исключения составляют случаи, предусмотренные п. 7 ст. 23 указанного Закона. Раньше же моментом перехода прав считался факт нотариального удостоверения сделки по отчуждению доли или части доли в уставном капитале общества.

Бывают ситуации, когда лицо приобретает долю в уставном капитале ООО на торгах, но не может внести сведения о себе, как об участнике общества, в ЕГРЮЛ из-за  временного судебного запрета ИФНС на совершение регистрационных действий.

Что же получается? Зарегистрировать за собой право на долю ее приобретатель не сможет неопределенный период времени, причем, от него не зависящий. Все это время в ЕГРЮЛ будут сохранены сведения о прежнем участнике общества. Любые решения общего собрания ООО с участием нового приобретателя доли в такой ситуации можно будет оспорить.  Кто же вправе участвовать в общих собраниях участников, голосовать данный период времени (до отмены запрета и внесения сведений в ЕГРЮЛ о приобретателе доли)? Формально данное право принадлежит прежнему участнику, чья доля в принудительном порядке была реализована в ходе проведения торгов, но объективно ли это по отношению к новому собственнику доли, заплатившему за нее на торгах?

Действующее законодательство ясности в данный вопрос не вносит. По смыслу ст. 25 Закона об ООО решение суда, которым обращается взыскание на долю участника в уставном капитале общества, не может являться основанием для его немедленного вывода из состава участников, поскольку должна соблюдаться предусмотренная законом процедура перехода права собственности на долю в уставном капитале общества в случае обращения на нее взыскания по решению суда.

Кому в итоге принадлежат права участия в данной ситуации, пока неопределенный период времени происходит «процедура перехода прав»?

Ситуация осложняется тем, что в подобном случае для того, чтобы новый участник вошел в состав общества, требуется согласие иных участников, оформленное соответствующим корпоративным решением, о чем прямо говорится  в  п.  9 ст. 21 Закона об ООО.

Представим ситуацию, когда согласно Уставу общества, кворум для принятия всех корпоративных решений требуется стопроцентный. Каким составом нужно принимать решение о вхождении в общество нового участника, когда доля одного из них является предметом продажи с торгов? Обязательно ли интересоваться мнением участника, доля которого продается с торгов, относительно принятия в состав общества нового участника?

Получается, что в это время прежний участник общества, несмотря на изъятие его доли, своих прав на нее не утрачивает, а никто иной этих прав не приобретает.

Различные позиции по этому вопросу высказывают арбитражные суды. Так, в деле № А60-37836/2015 Арбитражный суд Свердловской области  пришел к выводу о том, что на момент проведения спорного собрания неимущественные права и обязанности участника Общества, вытекающие из обладания долей, были утрачены одним лицом, ввиду отчуждения доли с торгов, и не были приобретены другим лицом  по причине незавершенного юридического состава по регистрации перехода права в государственном реестре (ЕГРЮЛ). При этом суд не указал главного - в какой именно момент прежний участник утратил свои права на долю. Также суд решил, что общее собрание участников вправе принимать в данный период решения в отсутствие спорного количества голосов, то есть, по сути, в отсутствие кворума.

Полагаю, что к таким противоречивым выводам суд пришел из-за  отсутствия определенного правового регулирования такого вопроса, как момент утраты прав участника общества лицом, чья доля продается с торгов. Вышестоящие судебные инстанции по гражданскому делу, о котором упоминалось раньше, с позицией суда первой инстанции о правовой неопределенности состава участников не согласились по ряду иных оснований,  признав право на участие в собрании за прежним участником.

Возможна ли вообще такая ситуация правовой неопределенности статуса участников Общества?

Объективно с позицией судов о том, что права на долю не перешли к новому участнику можно согласиться, ориентируясь на положения закона об ООО о переходе прав с момента внесения соответствующей записи в ЕГРЮЛ. Но прав ли законодатель, формально сохраняя корпоративные права за прежним участником общества, оставляя за ним права участия и голосования по всем вопросам повестки дня в юридически значимый период времени? Правовой неопределенности ввиду «незавершенного юридического состава» быть не должно в силу того, что размер спорной доли может иметь определяющее значение для принятия решений высшим органом управления общества.

Отдельного внимания заслуживает то, что по очевидным причинам лицо, доля которого принудительно отчуждается с торгов, не станет голосовать за принятие в состав общества нового участника.  Как быть обществу, если именно этот вопрос стоит на повестке дня первоочередным в такой ситуации?

Ответов на вопрос - объективно ли сохранение за прежним участником права на участие в собрании (даже в день проведения торгов по отчуждению его доли) в законодательном поле мы не находим. В итоге суды разрешают подобные споры, исходя из фактических обстоятельств каждого отдельного дела, в большинстве случаев, не проводя разграничений в отношении момента возникновения имущественных прав на долю в уставном капитале общества и неимущественных прав участника. Вопрос момента утраты прав участника общества при отчуждении его доли с торгов, в связи со спецификой данного правоотношения остается открытым. Внести ясность в правоприменительную практику и избежать возникновения спорных ситуаций при рассмотрении дел данной категории могли бы руководящие разъяснения Пленума Верховного суда РФ.

Терсинцева Елена Валентиновна, советник, руководитель Отделения Департамента юридической практики в Уральском регионе, Alliance Legal Consulting Group