Рейтнг ПРАВО.ru 300
Мнение
Владимир Журавчак, партнёр «Сотби»
15 июня 2020, 18:54

Обращение взыскания на жилое помещение должника - аспекты реализации прав кредиторов

Обращение взыскания на жилое помещение должника - аспекты реализации прав кредиторов
Вопрос обращения взыскания на принадлежащее должнику жилое помещение остается спорным и актуальным, особенно после принятия поправок в Закон о банкротстве, позволяющих признать несостоятельным граждан-потребителей.

Статья 446 ГПК РФ устанавливает иммунитет от притязаний кредиторов гражданина на жилое помещение, которое является единственно пригодным жилым помещением для гражданина и для членов его семьи, за исключением помещений, являющихся предметом ипотеки. Такой иммунитет является развитием конституционного права граждан на жилище.

В итоге на одной чаше весов находятся интересы кредиторов, которые не смогли вернуть свои деньги за счет имущества должника, а на другой – интересы должника и членов его семьи, которые в случае обращения взыскания на единственное жилое помещение рискуют остаться без крыши над головой.

Суды эту норму применяют буквально: рассматривая вопрос обращения взыскания на принадлежащее должнику-гражданину помещение и установив, что помещение является единственным пригодным для проживания для должника и членов его семьи, в удовлетворении требований кредиторов отказывают.

Соответствие абзаца 2 части 1 статьи 446 ГПК РФ положениям Конституции РФ стало предметом рассмотрения Конституционного суда РФ по жалобам Гумеровой Ф.Х. и Шикунова Ю.А.

Гумерова Ф.Х. в Кировском суде города Уфы пыталась обратить взыскание на принадлежащий должнику дом общей площадью 332,5 кв. метров, тем самым исполнив решение Калининского районного суда г. Уфы, которое не исполнялось длительное время.

Истцу было полностью отказано в удовлетворении заявленных требований в связи с тем, что принадлежащий должнику дом является единственно пригодным помещением для проживания должника и членов его семьи.

При аналогичных обстоятельствах в Дорогомиловский суд Москвы обратился Шикунов Ю.А., который пытался в судебном порядке обратить взыскание на принадлежащее должнику квартиру общей площадью 81 кв. метров, указав, что решение того же суда не исполняется должником начиная с 2004 года.

Шикунову Ю.А. было отказано в удовлетворении заявленных требований со ссылкой на статью 446 ГПК РФ, так как помещение являлось единственно пригодным жилым помещением для должника и членов его семьи.

Заявители в своих жалобах ставили вопрос противоречия статьи 446 ГПК РФ Конституции РФ в той мере в которой данная норма не позволяет обращать взыскание по исполнительным документам на жилое помещение (его части), если оно является для должника, единственным пригодным для постоянного проживания, вне зависимости от того, является ли такое помещение избыточным или недостаточным, люксовым и дорогостоящим или наоборот типовым и дешевым, а также насколько обращение взыскания на только часть помещения позволит сохранить за должником и лицами, находящимися на его иждивении, необходимый уровень существования

Вопрос соответствия абзаца 2 части 1 статьи 446 ГПК РФ Конституции РФ был разрешен Постановлением Конституционного Суда РФ от 14.05.2012 N 11-П. 

Конституционный Суд отказался признать неконституционным абз. 2 ч. 1 ст. 446 ГПК РФ, но указал на необходимость внесения изменений в ГПК РФ. 

Постановление КС РФ от 14.05.2012 N 11-П содержит очень важные правовые выводы, имеющие большую теоретическую и практическую значимость, которые должны были быть восприняты арбитражными судами (в делах о несостоятельности граждан) и судами общей юрисдикции, чего, к сожалению, пока достичь не удалось. 

Так, в Постановлении КС отмечается, что право собственности и иные имущественные права – в силу Конституции Российской Федерации и, исходя из общеправового принципа справедливости – подлежат защите на основе соразмерности и пропорциональности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота - собственников, кредиторов, должников. Правило о надлежащем исполнении взятых на себя обязательств, неукоснительное исполнение вступившего законного силу судебного акта, в том числе за счет недвижимого имущества, полностью распространяется и на граждан.

Названные выше доводы носят абстрактный характер, однако в них фактически заложена формула рассмотрения аналогичных споров, в виде указаний принципов, которыми должны руководствоваться участники процесса при рассмотрении аналогичных споров.

Кроме того, КС отметил, что для федерального законодателя не исключается возможность конкретизации положения абзаца второго части первой статьи 446 ГПК Российской Федерации в части, касающейся размеров жилого помещения, на которое может быть обращено взыскание по исполнительным документам, т.е. данное законоположение нуждается в корректировке, поскольку в правоприменительной практике, исходящей из его буквального толкования (полный иммунитет), не во всех ситуациях может быть обеспечен надлежащий баланс законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника.  

Приоритет имущественных интересов гражданина-должника, в собственности которого находится жилое помещение, по своим характеристикам позволяющее удовлетворить требования кредитора (взыскателя), связанные с надлежащим исполнением вступившего в законную силу судебного решения, без ущерба для нормального существования самого гражданина-должника и членов его семьи и для реализации ими социально-экономических прав, представлял бы собой необоснованное и несоразмерное ограничение прав кредитора (взыскателя).

По факту КС РФ, в условиях отсутствия конкретизированного законодательного  регулирования абзаца 2 статьи 446 ГПК РФ, нашел рациональный компромисс в вопросе защиты прав и кредиторов и должников, одновременно дав возможность кредитору удовлетворить свои требования, при этом не лишая полностью должника и членов его семьи права на жилое помещение. 

По делу Гумеровой и Шикунова было опубликовано особое мнение судьи Г.А. Жилина, в котором обоснованно указывается на недопустимость защиты прав одних (должников) в нарушение прав других (кредиторов), так как по своему конституционному значению охраняемые права равноценны. Также в Особом мнении отмечен тот факт, что действующее нормативное регулирование не только не стимулирует должника к исполнению обязательств, но и создает условия для злоупотребления должниками своими правами в ущерб правам кредиторов.  

Представляется, что названные выше абсолютно обоснованные и детально мотивированные позиции КС РФ должны были быть восприняты в правоприменительной практике, однако в настоящее время судебная практика развивается в другом направлении.

С введением поправок в Закон о банкротстве в части граждан-потребителей, вопрос обращения взыскания на принадлежащее должнику единственное жилое помещение стал часто возникать в судебной практике. В целом суды исходят из того, что недопустимо обращение взыскания на единственное жилье, принадлежащее должнику, при этом в большинстве случаев не обращая внимания на характеристики недвижимости. Данная тенденция отслеживается и в практике Верховного Суда РФ.

В Определениях Верховного суда N 78-КГ17-28 от 11 июля 2017 года, N 308-ЭС15-12342 от 06.10.2015, N 78-КГ17-28 ВС РФ от 11.07.2017 указано на недопустимость обращения взыскания на жилые дома значительной общей и жилой площадью, поскольку эти жилые дома являются единственными жилыми помещениями, пригодными для постоянного проживания ответчика и членов его семьи, сам по себе размер общей площади жилого дома с учетом конкретных обстоятельств дела еще не является безусловным основанием для удовлетворения иска, а нормы о предоставлении жилых помещений по договору социального найма не могут быть применены как критерии разумности и достаточности для удовлетворения потребности в жилье, так имеют названные нормативы имеют целевое назначение и не подлежат использованию в качестве ориентиров при применении имущественного (исполнительского) иммунитета в отношении жилого помещения.

В одном из рассмотренных дел кредитор ссылался на правовую позицию КС РФ (Постановление КС РФ от 14.05.2012 N 11-П) о том, что с учетом характеристик жилого помещения, которая является единственно пригодным для должника, можно обратить взыскание на такую недвижимость, однако Верховный Суд отметил, что упомянутым Постановлением КС РФ отказался признать противоречащим Конституции РФ абзац 2 части 1 статьи 446 ГПК РФ, в связи с чем ссылка кредитора на названное постановление является необоснованной. 

Таким образом, Верховный суд проигнорировал положения пункта 2 резолютивной части Постановления КС РФ о том, что установленный положением абзаца второго части первой ст. 446 ГПК РФ имущественный (исполнительский) иммунитет в отношении принадлежащего гражданину-должнику на праве собственности жилого помещения (его частей) – в целях реализации конституционного принципа соразмерности при обеспечении защиты прав и законных интересов кредитора (взыскателя) и гражданина-должника как участников исполнительного производства – должен распространяться на жилое помещение, которое по своим объективным характеристикам (параметрам) является разумно достаточным для удовлетворения конституционно значимой потребности в жилище как необходимом средстве жизнеобеспечения.   

ВС РФ отнесся к постановлению КС РФ как к обычному судебному акту, где правовое значение имеет лишь то, что указано в резолютивной части судебного акта. 

Данный подход нельзя назвать обоснованным, постановление КС РФ и выводы Суда, изложенные в таком акте (не обязательно в резолютивной части) имеют общеправовое значение, поскольку именно Конституционный суд раскрывает суть и содержание норм права через призму Конституции РФ.

Суд должен был учесть, что если должник, к примеру, имеет на праве собственности дом площадью 300 или больше кв. метров, который является единственно пригодным для проживания такого лица, а семья должника состоит всего из 3 человек, при таких обстоятельствах Суд обязан обратить взыскание на такой дом, удовлетворив правомерные требования кредитора, оставив разумно достаточные по своим характеристикам жилое помещение для должника и членов его семьи.

Что касается вопроса определения разумно достаточных условий проживания должника и членов его семьи, то здесь, как мне кажется, вопрос можно решить путем применения принципа состязательности процесса, путем представления кредитором доказательств того, что оставление должнику столько-то квадратных метров является разумным с учетом фактических обстоятельств дела, поведения должника, а должник в свою очередь наделен правом опровергнуть доводы кредитора.

Увы, такая сбалансированная правовая позиция еще не нашла широкого распространения, однако было бы ошибкой утверждать, что она полностью отсутствует.

Так Решением Никулинского районного суда г. Москвы от 16.09.2016 дело № 2-3730/16, было обращено взыскание на ½ долю в праве собственности на квартиру, принадлежащую на праве собственности гражданину-должнику А., посредством продажи доли с публичных торгов. 

Суды применили положения статьи 9 Закона г. Москвы от 14 июня 2006 года № 29 «Об обеспечении права жителей Москвы на жилые помещения» в соответствии с которым учетная норма составляет 10 квадратных метров площади жилого помещения для отдельных квартир. Общая площадь принадлежащей должнику А. квартиры - 92,0 кв. (вспомогательные помещения- 34 кв.м., включая лоджию), жилая площадь 58 кв.м. Зарегистрированы и проживают в квартире 4 человека. По мнению суда, при учетной норме 10 кв. м семье из 4-х человек достаточно половины общей площади, то есть получается 46 кв.м. (из них жилой площади 29 кв.м), что и является разумно достаточным для удовлетворения потребности должника в жилище.

Судебные акты по делу вступили в силу, а Верховный суд определением от 16.09.2016 № 5-КФ17-2665 отказал в передаче кассационной жалобы должника для рассмотрения в гражданской коллегии ВС РФ.

Вывод: В условиях отсутствия единообразия судебной практики, единственной надеждой для кредиторов остается внесение поправок в абзац 2 часть 1 статьи 446 ГПК, которые бы конкретизировали подходы и принципы определения количественных и качественных признаков единственного жилого помещения должника, на которое не допускается обращение взыскания.